Последнее обновление: 20 июля 2018 в 15:52
Подпишись на RSS
rss Подпишитесь на RSS, чтобы всегда быть в курсе событий.

Важные ссылки

DELO1_AkFST1_2015_F9602_0

70

Полезные ссылки

15 Июнь 2018

Врач не должен терять милосердие

Рубрика: Медицина. Прочитано: 740

«Благодарность этому доктору словами выразить трудно! – звучит в трубке взволнованный голос. – Врач с большой буквы и человек огромной души! Не жалея ни сил, ни времени, делает для больного всё возможное и даже невозможное. Когда больно и страшно, нам особенно нужны тепло и забота, и их в избытке дарит каждому пациенту Василий Никитич Галашов. Близится его профессиональный праздник, и очень хочется увидеть на страницах «Котельничского вестника» нашего замечательного земляка».

Василий Никитич в ответ смущённо пожимает плечами: «Я ничем не заслужил таких слов, просто выбранное дело стараюсь делать хорошо. Так и должно быть, и не за что меня хвалить». Так пусть вместо слов хвалят факты.

Два юбилея отмечает нынче Василий Никитич: 55 лет хирургической деятельности и 50 лет работы в Котельничской ЦРБ. Сколько больных прошли за эти годы через его умелые руки! И какими далёкими кажутся сейчас первые несмелые шаги в профессии…

– Сам-то я родился не здесь, а корни вятские, – рассказывает собеседник, – папа, Никита Исакович, и мама, Елизавета Антоновна, из деревни Першонки, что за Заречным. По чужой ли, нет ли воле в юности оба ездили на производство, как тогда говорили. Столяр, сварщик, сотрудник паспортного стола, наладчик на ткацкой фабрике – кем только не был отец! Даже учительствовал, вёл уроки в начальных классах. Его уважали люди, тянулись к нему за помощью.

У мамы был свой путь, а вновь встретились земляки в городе Середа Ивановской области, теперь это Фурманов. Там женились, появился я. Не могу сказать, почему, но в 1940-м вернулись на малую родину. Четыре года получал образование в Верхнем Курино, 3 – в Чернятьевской школе. А потом папа сказал: «Ты у нас слишком тихий, давай сделаем тебя немного побойчей. Поучись в городе». Вот и ходил из деревни Русиновы километра за 2 до третьей школы. Хорошие были прогулки! – вспоминает Василий Никитич.

Интерес к медицине проявился уже тогда, в отрочестве и юности. Может быть, это был голос крови (дядя, брат мамы, работал в научно-исследовательском институте, участвовал в разработке вакцин от болезней), а может, и свой путь, самой судьбой предначертанный. Трудно сказать, но до сих пор помнятся уроки биологии и анатомии, медпункт в Курино, плакаты на его стенах, запах лекарств и яркое впечатление, каждый раз просветлявшее душу: вот ведь только что был больным, а побывал здесь – и стал здоровым. Даже для школьной стенгазеты по просьбе педагогов восьмиклассник Вася Галашов написал статью на увлёкшую его тему: «Жизнь клетки вне организма».

Умный и старательный паренёк учился очень хорошо, школу окончил с одной «четвёркой», всегда был неразлучен с книгой. Единственный из выпускников того года получил Похвальную грамоту. И учитель, видя большой потенциал, посоветовала: «Поступай в Пермский медицинский институт, там наши выпускники учатся, сильный вуз».

Готовился к предстоящим испытаниям серьёзно, только из-за стола – сразу за учебники, научную литературу. Но конкурс оказался выше, чем ожидалось: 14 человек на место.

Однако не отступать же перед трудностями! И наш земляк доказал высокое качество полученного им образования, сдав немецкий язык, химию, физику на «5», сочинение на «4» и набрав 19 баллов из 20 максимально возможных. Теперь он в числе студентов.

В вузе юноша тоже был в числе лучших, с первого по третий курс учился только на «пятёрки», получал повышенную стипендию. Программа была очень сложной, и порой так мучили усталость и переутомление, словно только что поднялся на крутую гору.

А потом оценки ставила уже сама жизнь. Остались позади первые операции по удалению аппендикса, одна из них сделана при прохождении практики в Углеуральске, вторая через два года в Березниках, причём в обоих случаях хирурги не помогали, только стояли рядом, контролируя, – доверие, мало кому оказываемое. Сделан выбор между Коброй и Ежихой в пользу первой (хотелось заниматься именно хирургией, а там для этого были созданы условия получше), и вот молодой доктор уже едет на смену коллеге.

– В селе надо быть специалистом широкого профиля, – говорит Василий Никитич, – вот всё и осваивал. Грыжу тогда ещё никто не удалял, а мне приходилось. Читал литературу, разбирался. Аппендициты, прободные язвы желудка, глазные и лор-заболевания, роддом, гинекология – всё за мной. Была там терапевт, на ней и детские болезни.

Испытания для меня начались в роддоме. Малыш всё никак не мог появиться на свет: ножки вышли, а головка застряла. И в таких случаях от врача требуется большое мастерство. Надо осторожно и точно нагнуть подбородок крошки, для этого поместив палец в его рот. Сложно, рискованно, страшно, но нужно. К счастью, всё получилось.

Принимали роды даже в санях. Стоял январь, морозы минус 25. Акушерка молоденькая, оба мы с ней неопытные, «зелёные». Добрались до дома рожавшей, километров за 6–7 от больницы. Всю ночь возле неё сидели, утром решили: едем в больницу. Видно, порастрясло её в пути, начались роды. Мы умоляем: «Миленькая, потерпи!» Да разве ж это возможно? Появился младенец, а у нас все пелёнки ледяные. Чего мы только не делали! Переживали очень за обоих. Я крошку укутал – и к себе под одежду, своим теплом грел. Мамочку молодую берегли, как могли. В больнице вышел послед, оказалось, шейка ребёнка была обвита пуповиной. Какая же потом была радость, когда выяснилось, что ни один из них не заболел! Вскоре выписались здоровыми.

Кесарево сечение однажды делали прямо на квартире у больной. До Кобры 20 километров, до райцентра ещё 25, а женщина кровью истекает. Малыш уже погиб, надо спасать его маму. Вместо операционного стола – обеденный, свет – одна неяркая лампочка, наркоз – маска на рот, на которую медсестра эфир капает. Что делать? Выбора у нас не было. Оперировала гинеколог, я ассистировал. Рискнули. Спасли.

Отдельный разговор надо вести о криминальных абортах. Ехать до больницы тогда многим было далеко, добираться сложно, и женщины отдавали себя в руки бабок-лекарок. Привозили их «пациенток» к нам полуживыми, изуродованными. Я с этим активно боролся, ввёл плановые аборты, и постепенно проблему решили.

Вообще, конечно, участковая работа даёт огромный опыт, многое довелось увидеть, пережить, испытать. В зоне обслуживания нашей больницы было 10 медпунктов, население около 10 тысяч, в год я делал приблизительно 100 операций, «вёл» больного от начала лечения до конца. И всё же хотелось повышать квалификацию, учиться, душа просила более широкого поля деятельности. Тогда я позвонил главврачу Котельничской больницы М. П. Кожевниковой, она пригласила на имевшуюся вакансию хирурга, – вспоминает Василий Никитич.

На протяжении ряда лет работал рядом с замечательными врачами: К. Е. Макаренко, А. А. Черепановым, В. А. Завьяловым. Сегодня эстафету от них принял А. Б. Аммосов.

В 1982 году были построены новые корпуса больницы, появилось отдельное травматологическое отделение, и большая заслуга в этом принадлежит О. А. Сучкову, ставшему его заведующим. Олег Антонович и «переманил» к себе Василия Никитича. Потом в коллектив влились В. А. Протасов, В. В. Чагаев, с которым сейчас тесно сотрудничает В. Н. Галашов.

– Единство необходимо в нашем деле, – убеждён Василий Никитич, – только в этом случае будет обеспечено качество лечения. И у нас действительно замечательные специалисты. Владимир Витальевич – профессионал, медсёстры Г. А. Мошарева, Т. П. Береснева, Г. В. Калинина прекрасно знают доверенное им дело и ответственно относятся к нему, заботятся о благе больных. Мы без своих помощниц никуда.

Это и понятно, ведь каждый приём пациентов – это зашивание и первичная хирургическая обработка ран, репозиция переломов, вправление вывихов, наложение гипсовых повязок, перевязки… Здесь требуется высокая квалификация, поэтому каждые 5 лет медики проходят курсы усовершенствования. С благодарностью вспоминает Василий Никитич профессоров-преподавателей, многому научивших на пятимесячных курсах по нейрохирургии в Новокузнецке, поездки в Киров, Нижний Новгород, Ленинград, Саратов, Пензу, Москву.

Увлечённо говорит он о любимом деле. Как же этот доктор любит медицину, как отдаётся ей весь, полностью!

– Потому, наверное, и женился довольно поздно, — улыбается собеседник. — Всё некогда было. Больница от Кобры за полтора километра, изредка соберёшься в Дом культуры, выйдешь из дома – машина едет. «Мы к вам, Василий Никитич, ущемление грыжи, помогите!» Вот и все танцы.

С супругой Валерией Алексеевной познакомился в Котельниче в 1971 году. Она из Нижегородской области, выучилась на акушерку, поработала по специальности, потом окончила Горьковский мед-институт и приехала в наш город, трудилась участковым педиатром. А затем работала педиатром-инфекционистом. Стаж в медицине у супруги свыше 50 лет, у обоих высшая квалификационная категория.

Сын наш Михаил стал офтальмологом, продолжил дело родителей. Он трудится в Кировской областной клинической офтальмологической больнице, возглавляет её методкабинет, тоже имеет высшую категорию. И жена у него врач-терапевт, растут 3 дочки.

Глядя на доброе, открытое и светлое лицо Василия Никитича, его тёплую улыбку, поражённо интересуюсь:

– Вы свыше полувека в медицине, в сложнейших её отраслях, хирургии и травматологии. Каждый день сталкиваетесь со страданиями людей, огромной ответственностью, порой агрессией и непониманием больных. И остаётесь при этом таким же внимательным к каждому человеку, гуманным. Где берёте силы?

– В сознании того, что помогаю пациентам, стараюсь, по крайней мере, – мягко отвечает Василий Никитич. – Сопереживание, милосердие врач не может, не имеет права терять. Вот сидит передо мной человек, ему больно, страшно, тяжело, он нуждается в нас. Кто ещё ему поможет? Для меня он близкий, «свой» человек. Ведь если поставишь себя на место пациента, то и боль его станешь ощущать совсем по-другому, правда?

Очень приятно делать добрые дела. Собираешься вечером домой и понимаешь, что ещё один день прожит не зря. Словно вновь выдержал экзамен. Не перед кем-то, перед собой…

Эмоциям, правда, нельзя позволять одерживать верх, иначе не сможешь помочь. Заходит, например, в кабинет человек весь в крови, он только-только получил тяжёлую травму. Видеть такое всегда нелегко. Тогда говорю себе: «А вот мы сейчас поможем, раны зашьём, полечим, и всё снова будет хорошо».

Болезнь меняет психику человека, его мировосприятие – стресс, шок, переживания… И обязательно нужно поговорить, успокоить, объяснить, что произошло и как будем теперь действовать. Если он нервничает, оскорбляет (а это случается), медику нельзя отвечать тем же. Нужно его понять, посочувствовать. Не стоит жалеть на это ни времени, ни сил. Чем больше мы бережём человека, тем лучше для всех. Понять каждую ситуацию, тщательно обследовать пострадавшего, чтобы назначить правильное лечение, добиться, если нужно, койко-места, убедить больного в необходимости пройти полное лечение – доктор обязан сделать всё, что только возможно. Ведь мы, врачи, давали клятву и должны стремиться её сдержать.

Марина МОРОЗОВА.



ФОТО

ВИДЕОРЯД


Рубрики

Поиск информации по категориям

Архивы

Поиск информации по месяцам

Свежие комментарии

система комментирования CACKLE

Друзья сайта

Погода

Счетчик

Статистика сайта
Индекс цитирования